Роберт Пенн Уоррен, перевод с английского Олег Чухонцев

 Что обещало, что нам сияло вечером с клена...    Что обещало, что нам сияло вечером с клена... © 1991 Сергей Швец

 Что обещало, что нам сияло вечером с клена,
 Вызлатив крону? Что там за говор листьев-цикад?
 Вот уж отцы возвращаются, глухо стуча по бетону,
 Каждый влачит свое личное бремя, косясь на закат.
 В сумерках первых тает гортензий призрачный дым.
 Первый светляк пышет светом холодным, и угомону
 Вечеру нет, когда первые звезды всходят над ним.

 Что обещало, когда козодои в небе свистели,
 С шумом носились в поздних лучах среди темноты?
 Ружья подростков дружно гремят по стремительной цели.
 Дети кричат, когда падает пух с золотой высоты.
 — Мал еще, чтобы стрелять, так что годик, дружок, погоди.
 Лучше бери свою птичку (глаза ее остекленели),
 Можешь кричать: это кровь (твое сердце трепещет в груди).

 Что обещало, когда уже к ночи дети сцепили
 В длинный состав обувные коробки, и паровоз
 Двинул — тук-тук — вагоны— тук-тук — и окна поплыли,
 В каждом свеча, и гудок разносился в шуме колес?
 Ты убегал и, спрятавшись, слушал где-то в углу,
 Как тебя звали через пустырь, где в веере пыли
 Маленький поезд грустно мерцал и звал тебя: — У-у.

 Что обещало, когда уже умерло все и потухло,
 Словно бумага, вспыхнув впотьмах, — на тьму долгих лет,
 И молчаливо съежился дом, и крона пожухла?
 Воспоминанья свежи: сквозняком обдувает хребет.
 Что там за скрежет: дверь распахнется настежь — и хлоп?!
 Да, что-то мы потеряли давно, простыл уж и след.
 Спишь, а во сне открывается дверь, скрип — и озноб.

 Много спустя стоял я один в знобящих потемках
 Там, где ушли они в сон, и фермы с лесами ушли.
 Серо, и сердце пусто в этих местах негромких.
 Вдруг подо мною земля стекленеет, и из земли,
 Из глубины, где покоятся бренные их тела —
 Кости их славные фосфоресцируют, светятся, — и
 Роберт и Руфь приоткрылись!.. Но пропасть свое взяла.

 Что же, земля есть земля, и свет тот погас, и молча
 Взгляд свой я поднял на мир, где были мы плотью одной,
 Роскошь лесов, и свежесть полей, и отблески ночи —
 Рельсы вон там, и угольный скат, и город ночной.
 И ее голос спокойный сказал: — Дитя, улыбнись. —
 Так и его спокойный, как звезды над тишиной:
 — Мы для того и ушли, чтобы все обещанья сбылись.